Ричард ДеВитт Миллер. Свенсон, диспетчер. Перевод. Продолжение.

[danita]

 

Ровно в 2.30 пополудни в офисе компании «Моултон Траст», где в атмосфере деловитости и спокойствия работа шла с отлаженностью часового механизма, узнали о запросе Ван Юнга. Две минуты спустя атмосфера в офисе по-прежнему оставалась деловитой, но от спокойствия не осталось и следа.

Трое главных держателей акций, Н. Роуэнс, Ф.К. Эсров и Сесил Нейфорт-Ритингс, сгрудились в конце длинного стола в конференц-зале. Эсров в негодовании взмахнул копией запроса.

- Джентльмены, это неслыханно! У меня нет слов!

- Чистой воды шантаж, - прошипел Нейфорт-Ритингс.

- Что бы это ни было, необходимо подавить это в зародыше. Иначе мы рискуем создать прецедент.

- Прецедента нам не избежать в любом случае, - заговорил Роуэнс. – Потому предлагаю ничего не предпринимать, пока мы не обсудим всё с «Лесквиллан лимитед».

- Отличная мысль, - одобрил Эсров и нажал на панели интеркома кнопку связи с главной секретаршей. – Соедините меня с офисом «Лесквиллан». Мне необходимо поговорить с мистером Новеллом Лесквилланом. Скажите им, что это срочно.

- Мистер Лесквиллан только что вошёл сюда. – В голосе секретарши звучала чуть слышная нотка изумления. - Говорит, ему срочно нужно обсудить что-то, касающееся партии консервов и нюхательного табака. Я скажу, что вы сейчас же примете его.

Роуэнс повернулся к Нейфорт-Ритингсу.

- Сдаётся мне, Сероби начинает выживать из ума на старости лет.

- А  ему есть, из чего выживать?

Шутка ни у кого не вызвала смеха. Эсров поднялся и хлопнул по столу копией запроса.

- Джентльмены, прежде всего нам следует...

- Да, джентльмены, именно это мне и хотелось бы знать.

Три головы разом повернулись ко входу. Новелл Лесквиллан, директор и единоличный владелец «Лесквиллан лимитед» стоял, загораживая собой дверной проём – широкоплечий, краснолицый, самоуверенный здоровяк с зычным голосом, привыкшим с ходу вклиниваться в чужой разговор.

- Насколько я понимаю, мистер Лесквиллан,  - сказал Эсров, - вы хотите с нами что-то обсудить.

- Да, Эсров. Сядьте. Нам надо поговорить. Это насчёт этой, с позволения сказать, компании, «Акме».

- Чистое совпадение, - бормотнул Нейфорт-Ритингс.

- Значит, эта «Акме» и вам костью в горле? Ладно. Довольно они вставляли нам палки в колёса. Пора с ними покончить.

Эсров подал ему копию требования. Лесквиллан быстро пробежал её глазами и издал рык.

- Совершенно с вами согласен, - молвил Нейфорт-Ритингс.

Лесквиллан усилием воли взял себя в руки.

- И что вы собираетесь делать? – спросил он.

- Прежде чем мы что-либо предпримем, - сказал Эсров, - нам хотелось бы знать о ваших проблемах с «Акме». Насколько нам известно, это связано с партией консервов и грузом нюхательного табака.

- Слишком много эта «Акме» стала себе позволять, вот что. Устроили мы им заказ на доставку на Луну партии консервов – по сниженному тарифу, разумеется. Так они имели наглость отказаться, причём в самый последний момент. Мало того - они перехватили у нас контракт на поставку на Марс партии нюхательного табака для нужд тамошней фармакопеи. Буквально из-под носа увели. Груз был наш по праву. Мы уже обо всём договорились. Вы и сами знаете ситуацию с табаком для Марса. Нам удалось, используя определённые контакты, получить все необходимые разрешения. Разумеется, всё было совершенно законно. Я не я, если тот тип в таможенном управлении не получил вдвое...

- Мы прекрасно вас понимаем, - прервал его Роуэнс. – Нам тоже случалось заключать такие контракты. Дело оказалось весьма выгодным. Расходы вполне окупились.

- Итак, джентльмены, - загремел Лесквиллан, - что мы намерены предпринять в этой беспрецедентной ситуации?

- Полагаю, - прошелестел Нейфорт-Ритингс, - нашим юристам следует встретиться и обсудить создавшееся положение. Первоочередная задача – добиться, чтобы суд отклонил требование ареста. Возможно, следует напомнить некоторым из членов судебной палаты, что своим избранием они обязаны нашей финансовой поддержке.

- Отличная мысль! – провозгласил Лескваллан. - Эту часть дела предоставьте мне.

- А в том, что касается поставок табака, - добавил Эсров, - то надо разъяснить должностному лицу, чьими услугами пользуется  как ваша компания, так и наша, что впредь ему следует проявлять большую осмотрительность при выдаче разрешений.

- Сойдёт покуда, - буркнул Лесквиллан. – Но его лучше заменить - он стал ненадёжен. Этим я тоже займусь.

- Ситуация же с консервами вполне разрешима, - добавил Роуэнс. – Нам не помешает небольшая, полностью зависимая от нас компания, которой мы сможем поручать перевозку наших товаров – по сниженному тарифу, разумеется. Думаю, при нынешнем положении на рынке будет несложно подыскать какую-нибудь захудалую фирму вроде «Акме».

- Отличная мысль, - кивнул Эсров.

- Согласен. – Лесквиллан сел. – Но первым делом надо разобраться с сиюминутными помехами. Предлагаю договориться, как мы будем действовать.

- Первым делом, - напомнил Эсров, -  нам надо  предотвратить арест нашего корабля.

С ланча Свенсон вернулся уже не таким трезвым, каким был с утра, а потому в заметно лучшем расположении духа. На столе у него лежали оставленные мистером Сероби страницы с  отрывком речи для сенатора.

«И дабы полностью изобличить коррупцию, злоупотребление служебным положением и прочие беззакония, покрываемые, поощряемые и намеренно творимые теми, с кем вы поручили мне вести переговоры в самой высокой инстанции нашей страны, позвольте мне огласить только что полученные мною сведения. Хотя сведения эти строго секретны, мне удалось получить их через определённые каналы, которые я, будучи человеком честным, не имею права разглашать.

Свобода есть неоспоримое и неотъемлемое право всякого разумного существа. И тем не менее, на Венере...»

- Мисет Сероби зарывает свой талант в землю, - пробормотал Свенсон и взялся за шифровку текста. Он уже почти закончил, когда прозвучал сигнал вызова, и на пульте связи загорелась красная лампочка.

- Пятый вызывает диспетчера. Говорит капитан Верболд.

- Диспетчер Свенсон слушает. Что у вас там?

- Боюсь, вы не можете мне помочь. Могу я говорить с мистером Сероби?

- Он ушёл на ланч.

- Это очень важно. На корабле назревает бунт.

- Сожалею, но у нас тут свои неприятности. Может, я смогу найти мистера Сероби; а может, и нет. Почему бы вам не поведать мне о своих невзгодах?

После недолгой паузы капитан Верболд заговорил.

- Собственно, к этому шло уже давно. Экипаж объявил, что покинет корабль, как только мы прибудем на Марс. – Дальнейшее капитан передал шифром, слово за словом. – Насчёт Марса – это всё разговоры для отвода глаз. Тут настоящий заговор. Они намерены захватить управление кораблём и лететь прямо на Землю.  Там они, цитирую, будут добиваться справедливости.

- Чем же их так обидели?

- Вообще-то им жалованья не платят уже полгода. И защита от радиации – одно название. И кормят абы как. И ещё много чего. Да вы наверняка не раз такое слышали.

- Слышал, и не раз.

- Ну, и что мне, по вашему, делать?

- Во-первых, соберите их и зачитайте параграф 942 «Устава космофлота». Как капитан, вы обязаны иметь копию Устава при себе. Самовольное изменение курса корабля – это бунт; а бунт на корабле – это верная нейтронная камера. В самом лучшем случае, если уж очень повезёт – пожизненная каторга на лунных рудниках. Созовите весь экипаж; вы набрали разгон, двигатели отключены, так что на полчаса можете снять даже вахтенных.

- Но если бы я мог поговорить с мистером Сероби...

- Я уже сказал вам: его сейчас нет в офисе, и я понятия не имею, где его носит. В любом случае, он ничем не может вам помочь. Вы вообще в Устав когда-нибудь заглядывали? Параграф 19: «Всю ответственность за поддержание на корабле дисциплины несёт исключительно капитан. Приказы капитана не могут быть изменены или отменены иначе, как им самим».

- Вы сказали «во-первых». Значит, есть и во-вторых.

- Есть даже в-третьих. – Свенсон умолк ровно настолько, чтобы окинуть взглядом карту, на которой только что сам отметил местонахождение кораблей.  – В трёх миллионах миль от вас находится британский патрульный корабль, битком набитый копами. Они идут курсом, параллельным вашему. Это корабль класса «стрела», и если они дадут полный ход, то через десять часов будут рядом с вами. Скажите вашему экипажу, что вы можете обратиться в полицию, и тогда корабль перехватят и попросту доставят на Марс под конвоем.

- Номер и позывные корабля?

- Стрела – Великобритания – Земля. Позывные ММХАН.

- Спасибо. В самом крайнем случае я обращусь к нашим доблестным защитникам. Но вы говорили ещё про какой-то третий вариант.

- Да. В Луна-сити наш Четвёртый оказался рядом с кораблём Моултонов. Какие-то их придурки устроили драку и поколотили наших ребят. Теперь мы подаём на Моултонов в суд и намерены слупить с них хорошую компенсацию. Сообщите это экипажу и скажите, что если не станут бузить, им тоже кое-что перепадёт – в дополнение к причитающемуся им жалованью, которое им выплатят, как только мы доставим на Марс груз нюхательного табака и получим плату. Груз уже в пути.

- И на кого мне ссылаться, когда я буду им всё это обещать?

- На меня, Патрика Свенсона. Этого будет достаточно. Я знаю большинство парней на вашей космической барахолке, а они знают меня. Они верят мне – значит, поверят и вам. А за согласие мистера Сероби я вам ручаюсь.

- Тогда поговорите с ним и сообщите мне, что он скажет. А я пока что обдумаю ваши предложения.

Сигнал на пульте связи погас, и Свенсон вернулся к шифрованию. Он как раз заканчивал, когда вошёл О’Тул.

- А, явился, кадровик хренов, - сказал Свенсон, подняв голову на звук открывшейся двери.  – Устроил мне внутренний разлад. Мои шведские гены твердят, что не стоит обращать на тебя внимания, а мои ирландские гены подбивают хорошенько врезать тебе по носу. Тебе положено заведовать кадрами, а ты чем занят? Я сейчас получил от капитана Верболда с Пятого сообщение, что его команда намерена бунтовать.

- Пресвятая матерь божья, да что же мне делать? – воззвал О’Тул. – Компания дышит на ладан, денег не наскрести даже на подачу запроса о признании банкротом.

- Лицом к лицу с невзгодами в лицо невзгодам плюй.

- Это ещё чьё мудрое речение?

- Моё.

- Послушай, Свенсон. Ты всё сказал верно. Моё дело – ладить с кадрами. Кадры – это те, кого наняли,  и ладить с ними можно только одним способом: платить им зарплату, причём вовремя.

- По крайней мере, ты оценишь преимущества размножения путём откладывания яиц.

- Чего? – оторопело переспросил О’Тул.

- Я же тебе уже объяснял. Видно, тебе в одно ухо влетело, в другое вылетело. Ладно, попробую ещё раз. Ты понимаешь, чем хорошо яйцо?

- При чём...

- Конечно, не понимаешь. Ты же наверняка никогда не давал себе труда задуматься над этим. Ты считал, что если человек, венец творения, появляется на свет из материнской утробы – значит, это и есть самый лучший способ размножения. А теперь подумай: разве курице больно откладывать яйцо? Разве ей...

- Насчёт Пятого, - перебил О’Тул вежливо, но твёрдо. – Что капитан Верболд...

- А теперь давай взглянем на дело с другой стороны. Допустим, твоя жена отложила яйцо, но как раз сейчас у тебя не хватает денег, чтобы растить ещё одного ребёнка. Тогда ты просто замораживаешь яйцо, пока дела твои не пойдут на лад. А потом вытаскиваешь яйцо из морозилки и кладёшь в инкубатор. В то время, как...

Хлопнула дверь. Щёлкнул замок. Свенсон развернулся на стуле. О’Тула на было. Свенсон швырнул карандаш на стол, поднялся, надел пиджак и отправился домой.